№ 55-581/2024

                                                                                                           судья Киановская Н.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

7 июня 2024 г.                                                                                   г. Москва

Судебная коллегия по уголовным делам Первого апелляционного суда общей юрисдикции в составе:

председательствующего Мелехина П.В.,

судей: Трояна Ю.В. и Ульяновой Т.Н.,

при секретаре судебного заседания Умаровой М.П.,

с участием прокурора первого отдела (апелляционного) апелляционно-кассационного управления Главного уголовно-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации Архипова А.С.,

осужденного Иванкина М.С., его защитника – адвоката Карташова К.Б.,

потерпевшей Левченко Т.И.,

адвокатов: Смирнова В.П. (представителя потерпевших Левченко Т.И. и ФИО13), ФИО33 (представителя потерпевшей Левченко Т.И.), Любченко В.В. (представителя потерпевшей Потерпевший №1),

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Карташова К.Б. на приговор Рязанского областного суда с участием присяжных заседателей от 12 февраля 2024 г., которым

Иванкин Максим Сергеевич, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, <данные изъяты> осужденный приговором Приволжского окружного военного суда от 10 февраля 2020 г. по ч. 2 ст. 205.4, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 13 годам лишения свободы, признан виновным и осужден к наказанию:

– по п. «а», «б», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ – в виде 18 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, с установлением ограничений и возложением обязанности из числа предусмотренных ст. 53 УК РФ.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания в виде лишения свободы, назначенного по настоящему приговору, и наказания по приговору от 10 февраля 2020 г., путем полного присоединения наказания в виде ограничения свободы, Иванкину М.С. назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 24 года с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев, с установлением ограничений и возложением обязанности из числа предусмотренных ст. 53 УК РФ.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы Иванкину М.С. исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ в срок отбывания наказания Иванкину М.С. зачтено отбытое по приговору от 10 февраля 2020 г. наказание с 21 октября 2020 г. по 6 июня 2022 г., а также с зачтено в срок отбывания наказания время его содержания под стражей со 2 июля 2018 г. по 21 октября 2020 г., с 7 июня 2022 г. до дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу Иванкину М.С. оставлена в виде заключения под стражу.

Удовлетворены исковые требования Левченко Т.И., ФИО13, Потерпевший №1 к Иванкину М.С. о компенсации морального вреда: с него взыскано в счет компенсации морального вреда в пользу каждого из потерпевших по 2 000 000 руб.

Приговором решен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Мелехина П.В., изложившего содержание приговора, существо апелляционных жалоб и письменных возражений, выслушав участников процесса, судебная коллегия

установила:

На основании вердикта коллегии присяжных заседателей Иванкин М.С. признан виновным в совершении убийства ФИО15 и ФИО16 в связи с выполнением ими общественного долга, в группе лиц по предварительному сговору при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционных жалобах адвокат Карташов К.Б., не соглашаясь с приговором суда, считая его незаконным и необоснованным, вынесенным с существенным нарушением норм уголовно-процессуального права, просит приговор отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному заседанию.

По мнению автора апелляционных жалоб, председательствующий необоснованно удовлетворил ряд ходатайств государственного обвинителя:

3 июля 2023 года об оглашении протокола предъявления Свидетель №83 для опознания ремня по фотографии, поскольку опознание предмета проводится лишь по фотографии самого предмета и не допускается возможность предъявления аналогичного предмета, не было представлено доказательств, свидетельствующих о невозможности предъявления самого предмета для опознания. Указывает на то, что, выступая в судебных прениях, государственный обвинитель довел до присяжных информацию о том, что «обнаруженный его ремень коричневого цвета в ходе осмотра места происшествия от 4 марта 2020 года – с бляшкой из металла с рельефным изображением якоря и пятиконечной звезды, который опознал свидетель Свидетель №83 на следствии как ремень Иванкина. Который он несколько раз на нем видел», которая не соответствует действительности и не отвечает признакам допустимости, чем мог вызвать у присяжных предубеждение в отношении подсудимого.

Ссылаясь на положение ст. 281 УПК РФ, п.11 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 19.12.2017 г. № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», п.п. «d» п. 3 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, выражает несогласие с решением суда об удовлетворении ходатайства государственного обвинителя об оглашении показаний свидетеля Свидетель №64, поскольку после выполнения требований ст. 217 УПК РФ стороной зашиты заявлялось ходатайство о проведении очных ставок, в том числе со свидетелем Свидетель №64, однако в указанном ходатайстве следователем было отказано по причине нецелесообразности, кроме того, 13 ноября 2023 года стороной защиты заявлялось ходатайство об исключении из числа доказательств указанных протоколов допроса свидетеля Свидетель №64 по причине не предоставления возможности оспорить данные показания, однако указанное ходатайство было отклонено судом. Полагает, что государственный обвинитель и представитель потерпевшего адвокат Смирнов В.П., ссылаясь в судебных прениях на показания свидетеля Свидетель №64, как на доказательства вины Иванкина М.С., довели до присяжных информацию, не отвечающую признакам допустимости, чем могли вызвать у них предубеждение в отношении подсудимого.

Считает необоснованным решение суда об удовлетворении ходатайства государственного обвинителя об оглашении перед присяжными заседателями протоколов предъявления для опознания по фотографии свидетелям Свидетель №24 и И.А., Свидетель №63, указывая их недопустимость.

Не соглашаясь с решением суда об удовлетворении ходатайства государственного обвинителя об оглашении перед присяжными заседателями протокола допроса свидетеля Свидетель №44 от 23.07.2021 г., указывает на то, что сторона защиты возражала против оглашения данного протокола допроса в части, где свидетель высказывал свои предположения относительно опознания Иванкина М.С., к тому же была нарушена процедура опознания, в связи с чем стороной защиты было заявлено ходатайство об исключении из числа доказательств указанного протокола допроса свидетеля Свидетель №44 в части опознания Иванкина М.С., поскольку такие показания являются предположениями свидетеля и не могут быть доведены до сведения присяжных заседателей. Кроме того, отмечает, что в ходе допроса свидетеля Свидетель №25 стороной защиты было заявлено ходатайство об оглашении ее показаний в связи с наличием существенных противоречий, однако в удовлетворении ходатайства было отказано.

Выражает несогласие с решением суда об удовлетворении ходатайства государственного обвинителя об оглашении перед присяжными заседателями протокола осмотра места происшествия от 11.08.2020 г. с обозрением фототаблицы, а также CD-RW диска – приложения к протоколу осмотра предметов (документов) от 10.06.2022 г.; диска с копиями файлов: фотоизображениями и видеозаписью, являющиеся приложением к протоколу осмотра места происшествия от 04.03.2020 г., указывая на то, что сторона защиты возражала против оглашения с обозрением перед присяжными заседателями ряда фотоизображений, на которых присутствовали костные останки, поскольку какого-либо доказательственного значения указанные фотографии не имеют, но могли вызвать у присяжных предубеждение в отношении подсудимого, шокировать их и негативно повлиять на эмоциональное состояние.

Выражает несогласие с решением суда об удовлетворении ходатайства государственного обвинителя об оглашении перед присяжными заседателями

    протокола осмотра предметов (документов) от 24.11.2020 г., протокола осмотра предметов (документов) от 29.11.2020 г., указывая на то, что сторона защиты возражала против оглашения указанных протоколов и заявила ходатайство о признании данных доказательств недопустимыми, поскольку осмотрены личные письма Иванкина М.С., а стороной обвинения не представлено судебного решения, ограничивающего право Иванкина М.С. на <данные изъяты> переписки, а также его согласия на доступ к личной переписке. Кроме того, считает неверным указание государственным обвинителем в судебных прениях на то, «что из содержания писем Иванкина также следовало его желание организовать дачу свидетелями ложных показаний».

Отмечает, что, выступая в прениях, государственный обвинитель неоднократно доводил до присяжных информацию, не отвечающую признакам допустимости, чем мог вызвать у них предубеждение в отношении подсудимого. В частности, допустил не основанное на доказательствах предположение о том, что убийство не мог совершить только один, однако экспертиз, исключающих возможность убийства одним человеком, проведено не было; исказил показания Иванкина М.С.; высказал незаконное мнение о том, что Иванкин в апреле 2017 года нарушил избранную в отношении него меру пресечения и скрылся от органов предварительного следствия, поскольку не желал быть привлеченным к уголовной ответственности; допустил не входящую в объем обвинения фразу о том, что убийство ФИО39 и ФИО40 обусловлено желанием избежать уголовной ответственности, что подразумевает квалифицирующий признак убийства «с целью скрыть другое преступление». Полагает, что указание государственного обвинителя на возможность подсудимого сказать неправду, исказить в свою пользу события происшествия не соответствует нормам уголовно-процессуального законодательства.

Обращает внимание на то, что, выступая в репликах, сторона обвинения оказывала незаконное воздействие на присяжных заседателей, неоднократно доводила до них информацию, способную вызвать предубеждение в отношении подсудимого, заявив «про устроенный защитой спектакль, ссылаясь на фильм «Адвокат дьявола», про то, что сторона защиты не слушала сторону обвинения, а интервью является костью в горле; довел до присяжных данные о личности Иванкина способные вызвать предубеждение присяжных в отношении подсудимого, заявив о том, что свидетелю Свидетель №63 и запомнился злой взгляд Иванкина; предпринимал попытки обесценить позицию защиты при оценке огнестрельных повреждений деревьев; заявил о том, что труп ФИО40 найден в безрукавке; сообщил присяжным информацию, прямо противоречащую предъявленному обвинению, усиливая роль Иванкина М.С. в совершенном деянии; сообщил информацию о подсудимом Иванкине М.С. и ФИО18, способную вызвать предубеждение присяжных в отношении подсудимого;

Утверждает, что председательствующий судья в нарушение норм уголовно-процессуального закона препятствовала подсудимому реализовывать свое право на защиту, отказав в удовлетворении ходатайств стороны защиты об исследовании вещественных доказательств (фотографий внешности, военного ремня, рюкзака и клетчатой рубашки Иванкина М.С.) и не предоставил стороне зашиты возможность обосновать относимость данных доказательств; о дополнительном допросе свидетеля Свидетель №21 и приобщения к материалам дела ее адвокатского опроса; о проведении следственного эксперимента; об оглашении перед присяжными заседателями DVD-диска, содержащего скан-копии 33 томов уголовного дела № (протоколов расшифровки переговоров Свидетель №83, осмотра и прослушивания фонограмм, заключения эксперта №, приговора в отношении Иванкина М.С. и иных лиц); о дополнительном допросе свидетеля Свидетель №83; об истребовании из <данные изъяты> суда сведений о свидетеле с засекреченными данными из уголовного дела №; о допросе свидетеля Свидетель №58; об оглашении протокола осмотра места происшествия от 26.07.2021 г., сведений о том, что Свидетель №83 является владельцем оружия «Сайга»; об оглашении протокола осмотра интервью ФИО18; о допросе свидетеля ФИО19, не соглашаясь с действиями председательствующего, стороной защиты был заявлен отвод, который не был удовлетворен.

Также обращает внимание на то, что 9 января 2024 года после выступления в прениях, стороной защиты было заявлено ходатайство об отложении судебного заседания для подготовки к репликам, однако суд предоставил для этого 1 час, с чем сторона защиты не согласилась, в том числе в связи с отсутствием конфиденциальности, поскольку в зале судебного заседания присутствовали сотрудники конвойной службы. После окончания реплик подсудимый Иванкин М.С. заявил о недостаточности времени для подготовки к последнему слову, однако председательствующий проигнорировала это заявление и перешел к последнему слову, в котором Иванкин М.С. по существу обвинения ничего не сказал.

В возражениях на апелляционные жалобы адвоката Карташова К.Б. прокурор ФИО20 и представитель потерпевших Левченко Т.И. и ФИО13 – адвокат Смирнов В.П., приводя соответствующие доводы, полагают, что приговор Рязанского областного суда от 12 февраля 2024 года следует оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из протокола и аудиозаписи судебного заседания, нарушений уголовно-процессуального закона в ходе расследования, на стадии предварительного слушания и во время судебного разбирательства, влекущих в соответствии с п. 2–4 ст. 389.15 УПК РФ отмену приговора, постановленного с участием присяжных заседателей, по данному делу не допущено.

При выполнении требований ст. 217 УПК РФ обвиняемый Иванкин М.С. заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела с участием коллегии присяжных заседателей, которое было удовлетворено судом в ходе предварительного слушания.

Нарушений закона при формировании коллегии присяжных заседателей не допущено.

Стороны в равной мере участвовали в опросе кандидатов в целях выяснения обстоятельств, препятствующих участию кандидатов в рассмотрении дела, а после формирования коллегии присяжных заседателей заявлений о тенденциозном ее составе не сделали.

Кандидаты в присяжные заседатели ответили на допущенные председательствующим заданные сторонами вопросы, в том числе об их объективности. В соответствии со ст. 328 УПК РФ сторона защиты воспользовалась правом на немотивированный отвод кандидата в присяжные заседатели, мотивированные отводы никем из участников процесса не заявлялись.

Присяжным заседателям были разъяснены их права и обязанности, каждый из них принял присягу.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о том, что уголовное дело было рассмотрено законным составом суда.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, судебное следствие проведено с учетом требований ст. 15 УПК РФ о состязательности сторон, ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, ст. 335 УПК РФ об особенностях судебного следствия с участием присяжных заседателей.

В соответствии с ч.1 ст. 335 УПК РФ судебное следствие было начато со вступительных заявлений государственного обвинителя и защитника. При этом в соответствии с протоколом судебного заседания государственный обвинитель изложил существо предъявленного Иванкину М.С. обвинения, не выходя за его рамки.

Председательствующий правильно останавливал участников судебного разбирательства, снимал не относящиеся к фактическим обстоятельствам дела вопросы, обращаясь к присяжным заседателям с просьбами не принимать во внимание услышанные обстоятельства при вынесении вердикта, и также в напутственном слове разъяснил присяжным заседателям необходимость вынесения вердикта лишь на основании исследованных доказательств.

Все представленные сторонами допустимые доказательства были исследованы, ходатайства сторон разрешены председательствующим в установленном законом порядке.

Недопустимые доказательства в присутствии присяжных заседателей не исследовались, а ходатайства стороны защиты об исключении из числа допустимых доказательств, указанных в апелляционных жалобах, были оставлены без удовлетворения с учетом отсутствия нарушений при получении этих доказательств. Решения председательствующего по данным вопросам в полной мере соответствуют требованиям ст. 7, 256 УПК РФ.

В соответствии с протоколом судебного заседания суд надлежащим образом мотивировал решение об отказе в удовлетворении ходатайств стороны защиты о признании недопустимыми доказательствами протокола предъявления свидетелю Свидетель №83 ремней для опознания <данные изъяты> протоколов опознания Иванкина М.С. свидетелями ФИО42 ФИО127 Свидетель №63, показаний свидетеля Свидетель №44 /<данные изъяты>

При этом судебная коллегия обращает внимание на то, что ходатайство государственного обвинителя об исследовании в присутствии присяжных заседателей протоколов опознаний с участием свидетелей Свидетель №25 и Свидетель №63, допроса свидетеля Свидетель №44 было удовлетворено судом, в том числе с учетом отсутствия возражений со стороны защиты <данные изъяты>

Суд пришел к правильному выводу о том, что оспариваемые стороной защиты опознания Иванкина М.С. по фотографии свидетелями были проведены в полном соответствии с ч. 5 ст. 193 УПК РФ, поскольку в соответствии со ст. 38, 193 УПК РФ следователь наделен полномочиями самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, в том числе определять место их производства и форму участия в них подсудимого и других лиц.

Ввиду того, что на момент проведения опознаний с участием Свидетель №24 и ФИО128 осужденный Иванкин М.С. не находился по месту проведения предварительного расследования, суд правомерно принял решение о допустимости опознаний по фотографии.

Кроме того, суд пришел к обоснованному выводу о том, что свидетелям ФИО41 и Свидетель №63 перед проведением опознаний не предъявлялись фотографии Иванкина М.С., а лица, чьи фотографии, помимо фотографий осужденного, были схожи с ним, что подтверждается содержанием фототаблиц к протоколам опознаний.

Судебная коллегия соглашается с решением суда первой инстанции об исследовании с участием присяжных заседателей протоколов допросов свидетеля Свидетель №64, покинувшей территорию Российской Федерации. При этом Иванкин М.С. и его защитник в судебном заседании имели возможность высказаться относительно содержания показаний данного свидетеля, оспорить их достоверность.

Вопреки доводам жалоб, оценка доказательств (в частности протокола опознания Свидетель №83 ремней, показаний свидетелей Свидетель №44 на предварительном следствии) отнесена законом к исключительной компетенции присяжных заседателей.

Поскольку фототаблица к протоколу осмотра места происшествия, фотоизображения костных останков трупа и видеозапись не содержат никаких шокирующих сведений, о чем указывает сторона защиты, а являются приложениями к указанному протоколу, суд принял обоснованное решение об их исследовании с участием присяжных заседателей.

Как правильно установил суд первой инстанции в ходе рассмотрения соответствующего ходатайства адвоката Карташова К.Б., исследованные с участием присяжных заседателей листы с рукописными записями Иванкина М.С. были изъяты в ходе проведенного на основании судебного решения обыска в его жилище <данные изъяты> в связи с чем соответствующие доводы апелляционных жалоб судебная коллегия признает несостоятельными.

Таким образом, доказательства с участием присяжных заседателей исследовались в объеме и последовательности, заявленных сторонами, с учетом положений ст. 252, ч.1 ст. 274, ст. 335 УПК РФ. Заявление стороны защиты об отводе председательствующего в связи с несогласием с его процессуальными решениями само по себе не влечет признания действий председательствующего незаконными.

Как следует из протокола судебного заседания, суд не ограничивал сторону защиты в представлении доказательств. На соответствующей стадии судебного разбирательства, а затем и в порядке дополнений к судебному следствию судом были удовлетворены соответствующие положениям ст. 252, 335 УПК РФ ходатайства стороны защиты об исследовании письменных материалов дела, допрошен Иванкин М.С., которому было предоставлено право в полной мере довести до присяжных заседателей свою позицию.

Ходатайство об оглашении показаний свидетеля Свидетель №25 на предварительном следствии было обоснованно отклонено <данные изъяты> поскольку она была допрошена в судебном заседании, а сторона защиты просила об исследовании ее показаний, являющихся предположением.

Отказывая в удовлетворении ходатайств адвоката: об исследовании перечисленных в апелляционной жалобе фотографий самого Иванкина М.С., его вещей, суд обоснованно исходил из того, что представлены не сами фотографии, а их копии, источник происхождения которых не известен <данные изъяты> об оглашении протоколов расшифровки телефонных переговоров свидетеля Свидетель №83, осмотра и прослушивания фонограммы, заключения эксперта, исследования приговора в отношении Иванкина М.С. и других лиц, об истребовании из <данные изъяты> суда материалов дела, об исследовании протокола осмотра чердачного помещения, протокола осмотра интервью ФИО45, сведений о принадлежности Свидетель №83 оружия, поскольку эти документы не обладают признаками относимости к обвинению, предъявленному Иванкину М.В., в связи с чем судебная коллегия признает указанные решения суда законными и обоснованными.

Согласно протоколу судебного заседания, свидетель Свидетель №58 был допрошен по ходатайству стороны защиты в отсутствие присяжных заседателей, после чего в связи с тем, что он не сообщил никаких сведений по обстоятельствам предъявленного Иванкину М.С. обвинения, суд обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства адвоката Карташова К.Б. о допросе указанного свидетеля в присутствии присяжных заседателей <данные изъяты>

Суд обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства адвоката о дополнительном допросе свидетеля Свидетель №83, поскольку тот был допрошен в присутствии присяжных заседателей, никто из участников процесса не был лишен возможности задать ему все необходимые вопросы <данные изъяты>

Судебная коллегия не может не согласиться с решением суда первой инстанции об отказе в удовлетворении ходатайства адвоката о проведении следственного эксперимента с участием Иванкина М.С., поскольку, действительно, фактически защитник просил не установить либо опровергнуть какие-либо обстоятельства, подлежащие доказыванию, а лишь оспаривал протокол проверки показаний на месте <данные изъяты>

Не вызывает сомнений обоснованность решения суда об отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты о вызове для допроса свидетеля ФИО19, поскольку его показания касались вопроса обнаружения следственно-оперативной группой места нахождения останков потерпевшей ФИО40.

Как следует из протокола судебного заседания, после рассмотрения ходатайств о дополнении судебного следствия оно в соответствии с ч.2 ст. 291 УПК РФ было окончено 26 декабря 2023 г. При этом, председательствующий довел до сведения участников процесса о том, что до 9 января 2024 г. им предоставляется время для подготовки к прениям, репликам, а подсудимому – к последнему слову <данные изъяты>

9 января 2024 г. участники процесса заявили о готовности к прениям.

Вопреки доводам апелляционных жалоб защитника выступление в прениях государственного обвинителя не противоречили требованиям ч.2, 3 ст. 336 УПК РФ, утверждение о том, что государственный обвинитель проявлял необъективность, не соответствует содержанию протокола судебного заседания, а все приведенные в жалобе ссылки на речь государственного прокурора фактически сводятся к несогласию с анализом и оценкой прокурором исследованных в судебном заседании доказательств, с высказыванием позиции о виновности Иванкина М.С., что является безусловным правом участника процесса в ходе прений.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, после выступления в прениях государственного обвинителя, потерпевших и их представителей председательствующий предоставил Иванкину М.С. время для консультации с адвокатом Карташовым К.Б., однако подсудимый отказался воспользоваться такой возможностью <данные изъяты>

При этом, как обоснованно указал председательствующий, фактически подсудимый и адвокат просили время для обсуждения позиции государственного обвинителя до своего выступления в прениях.

После того, как Иванкин М.С. и адвокат Карташов К.Б. выступили в прениях, председательствующий вновь предоставил им возможность согласовать позицию в репликах, предоставив достаточное время для этого <данные изъяты>

Поскольку председательствующий сделал замечание государственному обвинителю за попытку дискредитации стороны защиты, о чем указано в апелляционной жалобе, судебная коллегия признает такие действия суда достаточными для ограждения присяжных заседателей от возможного воздействия, а само по себе одно такое высказывание недостаточным для признания систематичности нарушений со стороны обвинения.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, объем выступления в репликах адвоката и подсудимого, их содержание не могут свидетельствовать об их неготовности к этой стадии процесса, в том числе с учетом объема прений государственного обвинителя, потерпевших и их представителей.

Судебная коллегия с учетом времени, предоставленного судом после окончания судебного следствия, не может согласиться с утверждением о том, что председательствующий ограничил подсудимого Иванкина М.С. в праве на последнее слово, а сами по себе заявления осужденного об этом не свидетельствуют о нарушении его права.

    Напутственное слово председательствующего в полной мере соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ, в нем позиция стороны защиты изложена так, как она была доведена до присяжных заседателей осужденным и адвокатом в ходе судебного следствия и в прениях.

Председательствующий в соответствии с положениями ст. 252, 338, ч.2 ст. 339 УПК РФ поставил на разрешение присяжных заседателей вопросы, в которых изложены соответствующие фактические обстоятельства уголовного дела. Содержание вопросов у присяжных заседателей неясностей не вызывало.

Вынесенный коллегией присяжных заседателей вердикт является ясным, непротиворечивым и в соответствии со ст. 348 УПК РФ обязателен для председательствующего судьи.

Обсудив последствия вердикта коллегии присяжных заседателей, суд правильно установил, что именно Иванкин М.С. совершил убийство ФИО16 в связи с выполнением ею общественного долга (п. «б» ч.2 ст. 105 УК РФ).

Вместе с тем, судебная коллегия находит не основанным на вердикте присяжных заседателей вывод суда о виновности Иванкина М.С. в убийстве потерпевшего ФИО15 и о совершении убийства ФИО16 и ФИО15 по предварительному сговору группой лиц по п. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ.

В соответствии с частью 2 статьи 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

Непосредственное участие в совершении преступления совместно с другими лицами означает, что исполнитель выполняет объективную сторону состава преступления совместно с другими лицами (соисполнителями).

Предварительный сговор на убийство предполагает выраженную в любой форме договоренность двух и более лиц, состоявшуюся до начала совершения действий, непосредственно направленных на лишение жизни потерпевшего. При этом наряду с соисполнителями преступления другие участники преступной группы могут выступать в роли организаторов, подстрекателей или пособников убийства.

Между тем из приговора усматривается, что Иванкин М.С. не принимал непосредственного участия в убийстве ФИО15, эти действия совершило другое лицо, которое, в свою очередь не принимало непосредственного участия в лишении жизни ФИО16

В то же время, ни в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, ни в вопросном листе, ни в приговоре при описании преступного деяния, признанного доказанным, не содержится каких-либо действий Иванкина М.С., направленных на оказание содействия другому лицу в убийстве ФИО15, а указание на лишение потерпевших возможности помочь друг другу в момент лишения жизни не может быть отнесено к таким действиям.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает необходимым переквалифицировать действия Иванкина М.С. c п. «а», «б», «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ на п. «б» ч.2 ст. 105 УК РФ (в отношении ФИО16), прекратить уголовное преследование в отношении Иванкина М.С. по факту убийства ФИО15 на основании п.1 ч.1 ст. 27 УПК РФ в связи с непричастностью к его совершению, признав за Иванкиным М.С. право на реабилитацию, а в части взыскания с Иванкина М.С. в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда 2 000 000 руб. приговор отменить, в удовлетворении исковых требований в этой части отказать.

Суд первой инстанции тщательно проверил психическое состояние Иванкина М.С. и пришел к обоснованному выводу о его вменяемости.

При назначении Иванкину М.С. наказания суд в полной мере учел характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности осужденного, обстоятельства, смягчающие его наказание, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление Иванкина М.С. и на условия жизни его семьи, состояние здоровья и характеризующие данные.

Суд рассмотрел вопросы, связанные с возможностью применения при назначении наказания Иванкину М.С. положений ч.6 ст. 15, ст. 64, 73 УК РФ, однако правильно не усмотрел оснований для этого, изложив соответствующие мотивы в приговоре.

Таким образом, выводы суда, связанные с обстоятельствами, влияющими на наказание Иванкину М.С., являются обоснованными, а назначенное ему наказание подлежит смягчению как по п. «б» ч.2 ст. 105 УК РФ, так и по совокупности преступлений в соответствии с ч.5 ст. 69 УК РФ, в связи с переквалификацией действий осужденного.

Вид исправительного учреждения, в котором Иванкину М.С. надлежит отбывать назначенное наказание, определен в соответствии со ст. 58 УК РФ.

Вопросы, связанные с гражданскими исками потерпевших ФИО129, рассмотрены в полном соответствии с п.1 ч.1 ст. 309 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Рязанского областного суда от 12 февраля 2024 г. в отношении Иванкина Максима Сергеевича изменить:

- переквалифицировать действия Иванкина М.С. c п. «а», «б», «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ на п. «б» ч.2 ст. 105 УК РФ (в отношении ФИО16), по которому назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 17 лет с ограничением свободы на срок 1 год 3 месяца, в период отбывания которого установить Иванкину М.С. ограничения: не выезжать за пределы муниципального образования, где он будет проживать после отбывания лишения свободы; не уходить с места жительства в период времени с 22 до 6 часов следующего дня; не изменять места жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, возложить на Иванкина М.С. обязанность два раза в месяц являться в указанный орган на регистрацию.

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения основного наказания, назначенного по п. «б» ч.2 ст. 105 УК РФ, и наказания, назначенного по приговору <данные изъяты> суда от 10 февраля 2020 г., путем полного присоединения наказания в виде ограничения свободы, окончательно назначить Иванкину М.С. наказание в виде лишения свободы на срок 23 года с ограничением свободы на срок 1 год 3 месяца, в период отбывания которого установить Иванкину М.С. ограничения: не выезжать за пределы муниципального образования, где он будет проживать после отбывания лишения свободы; не уходить с места жительства в период времени с 22 до 6 часов следующего дня; не изменять места жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, возложить на Иванкина М.С. обязанность два раза в месяц являться в указанный орган на регистрацию;

- прекратить уголовное преследование в отношении Иванкина М.С. по факту убийства ФИО15 на основании п.1 ч.1 ст. 27 УПК РФ в связи с непричастностью к его совершению, в связи с чем признать за Иванкиным М.С. право на реабилитацию;

- приговор в части взыскания с Иванкина М.С. в пользу Потерпевший №1 в счет компенсации морального вреда 2 000 000 руб. отменить, в удовлетворении исковых требований в этой части отказать.

В остальном приговор в отношении Иванкина М.С. оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвоката Карташова К.Б. – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации через Рязанский областной суд в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, заявив такое ходатайство в кассационной жалобе либо в течение 3 суток со дня получения извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если уголовное дело передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий

Судьи: